Мертвые не потеют: 8 комедийных нуаров

«Под Сильвер-Лэйк, 2017
Under the Silver Lake

Бестолковый бездельник (Эндрю Гарфилд), зависший между ретро-поп-культурой и порно, накуривается, подглядывает за соседкой (Райли Кио) и внезапно замечает, что мир вокруг — закодирован. Девушка исчезает вместе с белой шляпой и белой собачкой, белка в комиксе делает странный жест, в песне слышится шифр, на стенах кто-то подает знаки. Куда ушла соседская блондинка? Кто прячется в подземельях Голливуда? Почему бог поп-музыки пишет гимны для капитализма?

После «Оно приходит за тобой» Дэвид Роберт Митчелл снова снимает хоррор, но как будто его пересказал Скотт Пилигрим, который никогда не слезет с шеи родителей. Здесь все нарочно заумно, гиперстильно, затянуто, обессмыслено — словно комикс, который читали в детстве, а теперь нашли в подвале с трещинами на обложке и вопросами вместо концовки.

Секс, смерть, иллюминаты, Nintendo, секретный орден миллиардеров в саркофагах с тремя женами, которые должны вознести их в рай, но, видимо, не возносят. Словно бы Эпштейн — просто плохо замаскированный персонаж этого сценария, накорябанного на другой стороне того самого списка.

«Позднее шоу», 1977
The Late Show

В 1940-х Айра Уэллс (Арт Карни) был лучшим частным детективом в Голливуде. От тех времен у него осталась книжка мемуаров «Голые женщины и пулеметы», хромота и кое-как залеченный алкоголизм. Когда на пороге его убогой квартирки умирает его подстреленный напарник, успевший пробормотать что-то про большие деньги, Айра решает узнать, какое последнее дело тот расследовал. Делом оказывается исчезновение котика, принадлежащего женщине в розовом (Лили Томлин), которая то ли таролог, то ли астролог, то ли еще кто-то с Avito, много болтает и прилепляется к нему, как репей. Вместе они следуют по хиппующему Лос-Анджелесу по следу кота.

Основополагающий фильм жанра, где Карни олицетворяет постаревший классический нуар, а вертлявая Томлин — неонуар, его ироничный и еще более циничный вариант. Неонуар появился после Уотергейта, Вьетнама и убийства Кеннеди и окреп благодаря подозрению ко всему — государству, полиции, обществу.

Сделал мрачное лицо, а потом взял и ударился в постмодернистскую дурь не без помощи трижды «оскароносного» Роберта Бентона, чьим продюсером на съемках «Шоу» был деконструктор всех жанров Роберт Олтмен, с которого начался Новый Голливуд. Эта пара и сформировала канон. Жизнь ужасна, но к ней больше невозможно относиться серьезно. Пошути. Сделай расклад. Погладь кота. И хромай в будущее.

«Кто подставил кролика Роджера», 1988
Who Framed Roger Rabbit

Голливуд, 1947-й. Рядом с людьми, в Мультауне, живут мультяшки — по законам банановой кожуры и наковальни, но и они пережили свою Великую депрессию, когда мультфильмы из черно-белых стали цветными, зрители — требовательнее, а продюсеры — злее. А тут еще кто-то начинает убивать нарисованных созданий по-настоящему. Пьющий детектив (Боб Хоскинс) расследует преступление, в котором подозревается кролик — у того в последнее время был нервный срыв из-за измены жены Джессики Рэббит (голос Кэтлин Тёрнер), от которой у всех отвисают челюсти.

Жанровый Франкенштейн: нуар-анекдот про депрессию, секс и коррупцию. На одном экране — Дисней и Уорнер, враги по натуре. Роберт Земекис, похоже, хотел просто рассмешить, но случайно снял мультивселенную безумия, где на заднем плане что-то поехало.

Комедия здесь не замена нуару, а его кривое, болезненное отражение. Тут, в каком-то смысле, все серьезно: дискриминация, эксплуатация, исчезновение уязвимых сообществ, — просто это нарисовано криво, смешно и страшно. После фильма началось возрождение американской анимации, пылившейся в закромах, — жаль, Бетти Буп не дожила.

«Утопим Мону!» 2000
Drowning Mona

В городишке, населенном карикатурами, топят в реке матриархальную фурию Мону (Бетт Мидлер). Шерифу (Дэнни ДеВито) предстоит непростая задача по поимке убийцы — эту стерву ненавидели все!

Детективный фарс с сюжетом в духе «Улики» и юмором скетч-шоу: гротеск, гэги, ироничная жестокость и отвратительные персонажи, которых играет звездный капустник.

Эротическая радость конца 90-х Нив Кэмпбелл изображает что-то роковое из «белого мусора», Джейми Ли Кертис с кошмарной стрижкой не расстается с сигаретой, Кейси Аффлек выкрашен в блондина и бледно мычит.

Токсично-комичный дуэт Мидлер и ДеВито был опробован еще в 80-х в черном бурлеске «Безжалостные люди», где они в финале давали друг другу пинки под зад. Неотразимое безобразие, сделанное из чистого злорадства, с жестким посылом, что «маленький человек», в общем, всё заслужил.

«Юный детектив», 2020
The Kid Detective

Эйб (Адам Броди) когда-то был вундеркиндом — находил пропавших котов и распутывал мелкие школьные кражи. Гордость провинциального городка, пацан принимал «клиентов» в домике на дереве, а когда неведомый гад спилил дерево, жители скинулись и арендовали для него настоящий офис. В 32 года, закинувшись по утру антидепрессантами, Эйб продолжает искать котов, пока к нему не приходит сирота (Софи Нелисс), бойфренда которой нашли в озере с 17 ножевыми ранениями.

Настоящая детективная история — и еще какая; зрителю стоит смотреть внимательно, чтобы не пропустить все улики. Авторы из канадских «независимых» не играют с нами в поддавки, но честно показывают девочку с розовым рюкзаком даже раньше депрессивного Броди.

Артист в своей лучшей роли, собранной из небритости, мятых рубашек и тоскливых глаз, олицетворяет тут всех, кто вырос и разочаровался (то есть вообще всех).

Резкая смена тона в последних двадцати минутах фильма — от фарса к трагедии, от обыденных катастроф к абсолютному злу — может сбить с толку, но придираться не хочется. В голове потом долго будет звучать:

«Мертвые пледов не носят», 1982
Dead Men Don’t Wear Plaid

К детективу 1940-х годов — в шляпе, с кофеином вместо крови, с сигаретой в ухе (Стив Мартин, поэтому сигарета может появляться в разных полостях, а пули всегда попадают ему в одно и то же место) — приходит красавица из той же эпохи (Рэйчел Уорд) и просит найти ее отца — опередившего свое время изобретателя и сыровара. Дальше появляются Хамфри Богарт, Кэри Грант, Ава Гарднер и все-все-все. И неонацисты.

Сегодня мертвецов пытаются воскресить на экране, вытаскивая с помощью CGI из вечности, что вызывает вопросы об этике и юридические проблемы. Кажется, Disney и Lucasfilm до сих пор судятся из-за использования цифровой копии Питера Кушинга в «Изгой-один: Звёздные войны. Истории».

В 1980-х, когда, как нам хочется верить, дело было в почтении к классике, а не только в желании заработать, Карл Райнер из всех технологий использовал только монтаж. В его фильме-коллаже герои из нуара 40-х и 50-х вставлены в кадр буквально — с помощью ножниц, светотени и доброго обмана, с каким папа в ватной бороде выдает себя детям за Деда Мороза.

Стив Мартин с фирменным выражением зверского комизма заходит в кадр, а там его уже ждет Барбара Стэнвик. Потому что нуар вечен, кино — это машина времени, а клише — всегда истина.

«Нулевой эффект», 1998
Zero Effect

Гениальный сыщик с суровым случаем социофобии (Билл Пуллман, роль для которого специально писалась после «Шоссе в никуда») ненавидит общение с людьми, изводит своего единственного друга и коллегу (Бен Стиллер), взвалившего на себя все его деловые связи, и все время, когда не расследует преступления, мучает гитару под кайфом, сочиняя что-то между ноу-ноу-волной и постблюзовой какофонией. Когда к ним обращается миллиардер по делу о шантаже, детектив быстро выходит на след загадочной подозреваемой (Ким Диккенс). Но гениальный мизантроп настолько заинтересован девушкой, что не спешит сдавать ее полиции.

Холмс, который матерится, как портовый грузчик. Холмс, который горстями глотает таблетки. Холмс, который занимается сексом и путается в чувствах.

У Холмса и Ватсона идиотские имена из комиксов (Дэрил Зеро и Стив Арло), и их типажи перепутаны (блондин Пуллман, в котором нет ни капли аристократизма, и брюнет Стиллер в своей первой не совсем комедийной роли). Кроссворды в духе «найди все отсылки к Конан Дойлю» — вовсе не главное в фильме. Авторы не всегда удачно балансируют между ситкомом и «Твин Пиксом», но линчевская тень мелькает то в психопатическом прищуре Пуллмана, то в джазовом проигрыше, фонящем Бадаламенти. Англии тут не найдете, но Америка, где в каждом городке есть вход в Черный вигвам, — перед вами.

«Внезапная удача», 2022
Windfall

Мужчина (Джейсон Сигел) залезает в загородный дом миллиардера, чтобы немного… прибрать к рукам. Он бродит по пустой вилле, ест апельсины, смотрит на оливковые деревья в саду и почти уходит, но в этот момент на пороге появляются хозяева — технокороль (Джесси Племонс) и его жена (Лили Коллинз). А у мужчины пистолет.

Дебют Чарли Макдауэлла (сын великого Малкольма и муж артистки Коллинз) про социальные роли. Вроде бы все понятно. Персонажи кокетливо безымянные. Приманка — Племонс в образе мерзкого белого богача из скандального эпизода «Черного зеркала», который в какой-то момент прямым текстом жалуется, что сегодня тяжело быть богатым и белым. Первая жертва — садовник-мигрант. Жене, как выясняется, трудно.

Сексизм, капитализм, патриархат и Трамп, без которого режиссеры последних лет, наверное, не знали бы, о чем снимать сатиру. Выручает всю эту схематичность в ландшафтном дизайне сам жанр нуара.

«Черный фильм» всегда был равнодушен к придуманным людьми различиям (кто богатый, кто белый, кто женщина). Нет плохих или хороших. Все виноваты во всем. Пистолет обязательно выстрелит.