«Вчерашний красный свет ведет тебя к зеленому свету»: 6 биографических книг, которые вернут веру в людей
Любить жизнь и бороться за то, во что ты веришь, можно, даже если ты стал слепоглухонемым, или если мир отказал тебе в реализации мечты, или если болезнь уносит то, чем ты ощущаешь радость.
На свете много книг, обещающих изменить нашу оптику. Селф-хелп уверяет, что после них мир покажется чуть более выносимым, люди — более заслуживающими доверия, а собственные неудачи — не приговором, а частью маршрута. Книгам этим мы обычно не верим, мало ли кто что обещает. Предлагаем прочитать то, что заслуживает доверия, — истории реальных людей, чьи яркие жизни радуют и воодушевляют.
Юрий Никулин — «Почти серьезно», 1979
Москва, 1970-е, заспанный Балбес из «Самогонщиков», Семен Семеныч Горбунков из «Бриллиантовой руки», самый известный клоун СССР подходит к зеркалу в трусах, в которых кажется себе стройнее и моложе, делает зарядку, завтракает, едет в цирк. Впереди много работы, в которой больше всего ему нравится читать письма от детей. Дети пишут ему чаще всех, они его любят, и вы полюбите, его нельзя не любить.
Автобиография Юрия Никулина — запредельная по уровню честности и доверия к читателю. Он с первой страницы рассказывает о том, что бросил пить и в очередной раз пытается бросить курить. Узнаём мы все это из разговоров, при которых словно присутствуем лично. Вот мама, которая попросила: «Только не ври», когда артист задумал написать книгу. Вот непростое, бедное, но все же счастливое детство, когда впервые побывал в цирке. Вот война, которую прошел, и она осталась во всех его самых великих ролях, особенно в «Двадцати днях без войны».
Знаменитый пендель от именитого режиссера Сергея Юткевича на экзаменах во ВГИК:
«Знаете, товарищ Никулин, в вас что-то есть, но для кино вы не годитесь. Не тот у вас профиль, который нам нужен. Скажем вам прямо: вас вряд ли будут снимать в кино».
Не взяли в кино — пошел в цирк, мазать физиономию белилами. Встречал легенд — Карандаша, о котором пишет как о соседе по лестничной клетке и одновременно как об исторической фигуре, знал хрустального, рано умершего гения Леонида Енгибарова, о котором пишет благоговейно. Вообще обо всех пишет благоговейно, кроме себя. По ходу рассказывает анекдоты, которые коллекционировал всю жизнь. Много шутит. На страницах рисунки автора, похожие на обаятельные карикатуры.
В конце кажется, что ты этого человека знал. И теперь он будет с тобой где-то рядом.
«На войне не раз казалось, что смерть неминуема, но все кончалось благополучно».
Стэнли Туччи — «Вкус: Моя жизнь через еду», 2023
Когда будущий актер учился в школе, у него был повод для гордости и зависти других мальчишек — ланчбокс с Бэтменом. Содержимое заветной коробочки могло бы стать бизнес-ланчем в приличном ресторане: домашняя чиабатта с омлетом, обжаренным перцем и жареной картошкой, спелый фрукт и магазинный десерт «с неприличным названием». Как любого ребенка, вся эта роскошь маленького Стэнли не устраивала, и он менялся с другом по имени Рикки, которому на обед давали вечный бутерброд с маршмеллоу-кремом ядовито-жизнерадостного оттенка.
«Сегодня это сочли бы жестоким обращением с детьми, но тогда подобное никого не беспокоило — и меньше всех меня, с радостью менявшего гурманский сэндвич на кусок хлеба, намазанный этим боевым отравляющим веществом».
С таким теплым юмором актер рассказывает о детстве в своей итальянской семье, где еде всегда уделялось много внимания. Мама готовила испанскую паэлью, тонкие французские блинчики-крепы и мексиканский чили. Бабушка заготавливала томатный соус бочками. Дед делал вино — «кислое, неаппетитное, но полное любви». Стэнли вырос и стал актером, но его знают не только как звезду «Дьявол носит Prada» и группу поддержки Мерил Стрип в кулинарной мелодраме «Джули и Джулия: Готовим счастье по рецепту». Он готовил всегда, любит угощать коллег по съемочной группе, снимает видео с готовкой, которых много в сети, делится рецептами.
Поворотным моментом стал страшный диагноз — рак горла. Лечение повлияло на вкусовые рецепторы. И вдруг он понял, что еда, вопреки всему, что принято говорить, — это синоним жизни, даже сама жизнь. Поэтому в книге, где мы следуем за Туччи по разным местам и временам, он рассказывает о каждом блюде как о чем-то хрупком и драгоценном, а вся история получается о том, как жить и не сдаваться.
Джеймс Хэрриот — «О всех созданиях — больших и малых», 1972
Городок в Йоркшире, темный сарай, грязь, кровь, навоз. Ветеринар — полуголый, согнувшийся в немыслимой позе — пытается вытащить теленка, который никак не желает появляться на свет. Рядом стоит фермер и нудит о том, насколько лучше был предыдущий ветеринар, не то что некоторые, которые практикуют всего пару месяцев. Парень, поднятый ночью с теплой постели, думает только о том, чтобы сбежать. Но потом начинает думать, как же спасти теленка. И спасает.
Трудный путь позади. Первое чудо свершилось.
«— Может, дать попить? — спросил мистер Динсдейл.
Корка грязи на моем лице пошла трещинами от благодарной улыбки. Перед глазами возникло видение большой чашки горячего чая, щедро сдобренного виски.
— Вы очень любезны, мистер Динсдейл, я с удовольствием выпью чего-нибудь горяченького. Это были нелегкие два часа.
— Да нет, — сказал мистер Динсдейл, не отводя от меня пристального взгляда, — может, дать корове попить».
Внезапный бестселлер о трудовых буднях автора в суровой глубинке, после которого половина британской молодежи захотела заниматься ветеринарией, — одна из тех редких биографий, которые читаются как художественная литература. Не каждого профессионального писателя отличает способность к такому рассказу, который напоминает лучшие образцы юмористической прозы в духе Вудхауза и Джерома Джерома:
«Рабочая лошадь, надежная опора ветеринарной профессии, стремительно сходила со сцены».
Хэрриот не только пишет портрет английской деревни сочными красками, беззлобно посмеиваясь над местными жителями. У «пациентов» запор, глисты, тошнота. Автор водит руками в прямой кишке и иногда убивает животных, которым нельзя помочь. Поэтому лишенная сентиментальности, не отворачивающаяся от жизни книга по-настоящему добрая. По ней снят фильм с Энтони Хопкинсом и достойный сериал.
Тревор Ной — «Бесцветный. На самом деле это история про ваше детство», 2016
В 1927 году в ЮАР приняли Закон о борьбе с безнравственностью, запрещавший межрасовые отношения, за которые полагался тюремный срок. Поэтому будущая звезда стендапа Ной — сын швейцарского немца и женщины из племени коса — родился преступником. Мир вокруг был странным. Бабушка боялась дать ему подзатыльник, когда он хулиганил: «Я не могу ударить белого человека». Отец, увидев полицию, однажды бросил его на улице, чтобы не арестовали по подозрению в преступлении — иметь ребенка от чернокожей женщины. Люди таращились.
Наверное, чтобы не спятить, Ной однажды начал смеяться.
«В конце концов я решил, что черным людям надо проводить больше времени с Иисусом, потому что мы больше страдаем. „Я здесь, чтобы получить благодати на неделю“, — всегда говорила мама. Она считала, что чем больше времени мы проводим в церкви, тем больше благодати в нас накапливается, как на бонусной карте „Старбакса“».
Бестселлер стендапера пронизан вот таким стоическим юмором Сергея Довлатова. Большую часть книги Ной рассказывает не о себе, а о маме — грандиозной женщине, в которой отразилась история страны. Маленькой она собирала группы заброшенных детей, которые искали и сдавали пустые бутылки, чтобы купить еды. Одной из первых научилась печатать на машинке и пошла в секретарши, когда чернокожих разрешили брать на низовые офисные должности. Спасла детей, выбросив на ходу из машины, чтобы их не убили. И порола сына, вколачивая в него страх божий. Ной до сих пор смеется над этим на сцене, и люди смеются вместе с ним. Может, это не особенно смешно, но, как и книга, становится для всех школой выживания и сохранения себя.
Хелен Келлер — «История моей жизни: Открывая мир движениями пальцев», 1903
Девочка родилась практически вундеркиндом — заговорила в шесть месяцев, задавая осмысленные вопросы. Перенесенный в полтора года менингит лишил ее зрения, слуха и способности разговаривать. И все же Келлер стала первой среди слепоглухонемых, кто смог закончить университет, и всю жизнь боролась за права женщин, незрячих и глухих, из чего можно было бы соорудить бронзовый памятник до неба.
Вместо памятника написала книгу — на брайлевской машинке, а Энн Салливан, гений педагогики, научившая ее заново разговаривать, делала редакторские правки истории. Истории не преодоления, а узнавания мира — как у первых людей, которые ощупывают камни своей пещеры, траву, цветы, описывают друг другу закат и рассвет.
«Скромные события моей жизни были полны поэзии, и до сих пор на них лежит отблеск волшебного света».
Редчайшее свидетельство изнутри о мире слепоглухого человека лишено жалости к себе. Нельзя совсем обойтись без пафоса, но это жизнеутверждающий документ о триумфе разума над тяжелейшими физическими ограничениями.
Мэттью Макконахи — «Зеленый свет», 2020
Макконахи начал вести дневник в пятнадцать лет. Он записывал всё: что радовало, что бесило, что не давало спать. Тридцать пять лет спустя он собрал эти дневники в охапку и уехал в пустыню — чтобы перечитать, переписать и превратить в книгу. Название отсылает к идее о том, что красный и желтый сигналы судьбы (препятствия, кризисы, неудачи) со временем можно обратить в зеленый свет, если правильно расставить приоритеты и извлечь опыт.
Казалось бы, что нам до жизненных уроков голливудской суперзвезды? Играл профессиональных блондинов в гламурных комедиях, потом посерьезнел, полюбился всему живому в «Настоящем детективе». Но все же страшно далек от народа.
Макконахи это знает и не пытается казаться умнее, чем есть, наставляя на истинный путь. В книге много баек, зарисовок из путешествий (например, о жизни в автофургоне или о поездке в Мексику) и размышлений о честности перед самим собой. Он не пытается казаться идеальным, признавая свои ошибки, страхи и глупые поступки.
Написано энергичным разговорным языком, без скучной морали и нравоучений, с житейским и добрым юмором. Вместо руководства по поиску внутренней гармонии мы проходим путь вместе с ним, и голливудский красавец вдруг оказывается нашим добрым приятелем, простым и надежным парнем, готовым нас поддержать.
«Со временем вчерашний красный свет ведет тебя к зеленому свету».
Расскажите друзьям
