6 фильмов о втором шансе в любви
В одну и ту же реку можно войти дважды, только там может оказаться внезапный порог, водоворот или труп коровы. Но может и не оказаться.
В жизни у всех есть мешок сожалений, особенно в романтике. Если бы я перезвонил, если бы она не ушла... А иногда кажется, что сама вселенная была против вас. Героям фильмов из нашей подборки выпал второй шанс в любви со своими бывшими — даже сквозь время и пространство. Посмотрите их, и возможно, у вас получится разобраться в собственных «если бы», развеять сомнения и узнать, как переступить через фейлы и продолжать двигаться дальше.
«Три цвета: Белый», 1993
Trois couleurs
Польский парикмахер Кароль (Збигнев Замаховский) после развода с француженкой Доминик (Жюли Дельпи в роли пародийной фам-фаталь, которую сразу хочется придушить) оказывается в свободной Европе без гроша и паспорта, конечно, виня во всем бывшую жену. Когда Кароль возвращается в постсоциалистическую Польшу — страну, где свободы стало больше, но смысла меньше, — на развалинах Восточного блока у него появляется знакомая россиянам 90-х возможность поднять бабла. Став хозяином жизни в хорошем пиджаке, мужчина хочет поквитаться с супругой.
Вторая часть трилогии Кшиштофа Кесьлевского — не очень смешная, как признавал сам режиссер, комедия о мести и европейских ценностях, в которой под абсурдом пульсирует застарелая боль.
Распад государства и развод, оторванность от родины и сложные чувства к женщине десятилетием раньше рифмовал другой поляк — Анджей Жулавский в «Одержимой», где другая прекрасная француженка, Изабель Аджани, сводила мужчину с ума, и чем ужаснее все становилось, тем сильнее он ощущал, что не может без нее жить. Бог знает, почему «Белый», но, похоже, это символ не чистого листа, а посткоммунистической пустоты, которую Европа с ее красотой не вылечила.
«Феникс», 2014
Phoenix
Берлин, 1945 год. Певицу Нелли Ленц (Нина Хосс), выжившую в концлагере, выписывают из американского госпиталя с новым, восстановленным лицом: прежнее сгорело в печах вместе с довоенным Берлином. У Нелли есть единственная причина идти вперед — муж Йоханнес (Рональд Церфельд), пианист, который то ли сдал, то ли не сдал ее гестапо. Отыскав его в клубе «Феникс», женщина не решается открыть ему свою идентичность, а он — почти узнает ее… предлагая сыграть роль его жены, чтобы получить наследство.
Нуарная драма прекрасного немецкого режиссера Кристиана Петцольда, часто снимающего про необычных женщин, фонит «Головокружением», особенно в сценах, где муж учит жену репетировать собственное прошлое: походку, голос, манеру одеваться.
Берлин здесь — младший брат венского лабиринта из «Третьего человека»: руины, музыка, тени, в которых потерян не город, а прошлое, человечность, способность узнать друг друга.
Фильм Петцольда о выжженных войной тенях, оставшихся от людей, держится на главном вопросе любовников: «Узнаешь ли ты меня, если я изменюсь до неузнаваемости?» Ответ приходит поздно, как в хорошем нуаре, когда правда уже ничего исправить не может.
«Осторожно, двери закрываются!», 1997
Sliding Doors
Хелен (Гвинет Пэлтроу в плохом парике), девушка из Сити, живет с претенциозным писателем (Джон Линч), которого содержит, пока он колупает первый роман и изменяет ей с бойкой девицей. Однажды уйдя с работы пораньше, она успевает вбежать в вагон метро и застает дома бойфренда с любовницей. Полностью изменив жизнь к лучшему, она становится Гвинет Пэлтроу с собственной стильной стрижкой.
В другой реальности Хелен не успевает на поезд, становится жертвой ограбления, попадает в больницу и только после этого едет к своему парню, от которого уже ушла подружка. Тем временем дела героини катятся под откос. В обеих реальностях она встречает Джеймса (Джон Ханна) — идеального мужчину, который словно ее и ждал.
Пока зрители 90-х бесхитростно наслаждались этим симпатичным драмеди с поцелуем под дождем, киноманы зафыркали его как легковесную американскую версию «Случая» — политического памфлета Кшиштофа Кесьлевского, который дал своему герою, бегущему на поезд, три варианта развития жизни — все с одинаковым результатом.
Но, по правде, главная разница между фильмами не в том, что один — работа гения про идеологию, а другой — народное кино с блондинкой. Если поляк в год разгрома «Солидарности» не может выбирать свою судьбу, то блондинка — может. Это лишь вопрос везения, но так уж фишка легла, поэтому у нее есть возможность встретиться с бывшим, который снова пытается запустить в нее когти, и от души сказать:
— Ах ты, жалкий, жалкий мудак.
«Романс о влюбленных», 1974
Сергей и Таня (Евгений Киндинов и Елена Коренева) переживают свое лето любви, свой личный Вудсток. Она бегает в цветочных венках и распашонках, показывая грудь, — Лолита с советского плаката, последняя улыбка застоя. Он носит джинсы-клеш, играет на гитаре и гоняет на мотоцикле. Потом его призовут в армию и отправят совершать подвиг, и к родным придет похоронка. Она почти умрет от горя, но через какое-то время под присмотром меркантильной мамаши выйдет замуж за красивого перспективного хоккеиста (Александр Збруев). И тут выяснится, что Сергей жив.
Главный фильм о любви советского кино — популярный настолько, что через год после премьеры о нем будут говорить в застойном шедевре «Старший сын», — почти дословно копирует сюжет «Шербургских зонтиков», но язык не повернется упрекнуть Андрея Кончаловского в эпигонстве. В начале фильма пара, захмелев от юности и счастья, катается с поцелуями по траве — снято так, что кажется, ты никогда такого не видел.
Для довершения сходства с «Волосами» и прочим бунтом против системы все поют, за главного героя — самое хипповое явление СССР Александр Градский.
Киноязык для своего времени экспериментальный: когда Киндинов узнает, что Коренева его не дождалась, его жизнь теряет краски, и экран становится черно-белым, фоном встает зимний город. Вроде бы из XXI века только посмеяться, но над Антониони в «Красной пустыне», который тоже покрасил реальность, мы же не смеемся.
Упав на дно депрессии, он встретит хорошую женщину (Ирина Купченко) и убедит себя, что счастье — это когда тебя понимают. Еще бы кто-нибудь в это поверил.
«Я обещал. И я вернулся…»
«Ланчбокс», 2013
The Lunchbox
Мумбаи, вечная жара, бесконечный шум. Уставшая домохозяйка Ила (Нимрат Каур) старается вернуть внимание мужа, отправляя ему в офис изящные ланчбоксы, но услужливая система доставки вдруг сбоит и отправляет обед не тому адресату. Вместо мужа еду получает Саажан (грандиозный Ирфан Хан, которого обязательно стоит увидеть в сериале «Пациенты» в самой сложной роли XXI века), вдовец, готовящийся к выходу на пенсию и давно разучившийся ждать от мира чего-то нового.
Ошибка становится ритуалом: она пишет записку, он отвечает, и между мисками с карри у них появляется свой маленький коридор тишины, где можно быть честнее, чем дома и на работе. Хрупкая связь обрывается, когда он не приходит на встречу, поддавшись внезапным страхам. Но это еще не конец.
Трогательное до дрожи зрительское кино, разрушающее каноны Болливуда (песни, пляски, голубиная наивность), одновременно обходит подводные камни святой голливудской простоты, хорошо просчитанной в маркетинговом отделе. То есть муж — сволочь, но не какой-то абьюзер, да и в целом плевать на него, это не про мужа, а про важные решения на жизненном пути.
За аляповатой палитрой индийского мегаполиса, в диком хаосе современности, которому авторы бросают вызов (герои переписываются не в мессенджере, а по старинке), люди невидимы даже для самих себя, не то что для другого. Обыкновенное чудо — прихоть судьбы, а остальное уже самому надо делать.
«Прекрасная эпоха», 2019
La belle époque
— В какую эпоху вы хотели бы попасть, если бы могли? — спрашивают на вечеринке художника-карикатуриста Виктора (Даниель Отой).
— В доисторическую, — отвечает мужчина. — Тогда мы с женой еще спали вместе.
Жена (Фанни Ардан), успешная бизнес-леди, даже не скрывающая от супруга своих любовников, только иронично усмехается сквозь сигаретный дым.
Как вдруг появляется удивительная возможность — вернуться назад во времени. Почти по-настоящему — такую услугу предоставляет клиентам хитроумная фирма (рассказывать подробнее будет спойлером). Виктор выбирает вернуться в весенний день 1974 года, когда он встретил любовь всей своей жизни.
Последняя на сегодня достоверная история о чуде — хотя чудес в привычном понимании тут нет.
Сюжет хрестоматийный: мы сразу понимаем, какую женщину персонаж любит всю жизнь, что было, что будет, чем сердце успокоится. От этого, парадоксально, становится только лучше и теплее на душе, а еще в висок долбит какая-то уж совсем толстовская мысль: давайте все люди будут любить друг друга, а?
Формально ностальгическое драмеди кажется лучшим фильмом XXI века — столь же невозможным, как профессия главного героя: кому сейчас нужны карикатуристы? Да и люди в целом, если уж на то пошло, когда ChatGPT за секунду нарисует любую карикатуру, даст полезный совет про отношения и настроит на позитив, оставив с единственным вопросом: нужны ли мы нам? Пожалуй, об этом и фильм, в золотом винтажном свете уверенно отвечающий — нужны.
Расскажите друзьям
