Вино из одуванчиков: 6 теплых летних фильмов с нотками ностальгии и грусти
Лето как декорация для веселого феминизма, взросления и личной драмы.
«Чуешь, какой воздух? Август пришел. Прощай, лето», — говорили персонажи Брэдбери, который за все человечество выразил, как это грустно — прощаться с летом, символизирующим беззаботную юность. Но о лете и погрустить не грех, а для сопровождения собрали солнечное кино разных стран с ностальгическим настроением. Оно теплое, нежное, и если вы почувствуете грусть, она будет светлой. «Иные дни похожи на вдох: Земля наберет побольше воздуха и замирает — ждет, что будет дальше. А лето не кончается, и все тут. В такую пору на обочинах буйствуют цветы, да не простые: заденешь стебель, и окатит тебя ржавый осенний дождик...»
«Ширли Валентайн», 1989
Shirley Valentine
Домохозяйка Ширли Валентайн (Полин Коллинз) заперта в четырех стенах — и разговаривает с ними, все равно муж и дети не слушают, их интересует только обслуживание. Встреча с одноклассницей (феерическая Джоанна Ламли из сериала «Красиво жить не запретишь» с приросшим к руке бокалом шампанского), которая была ботаничкой, но потом поумнела, стала эскортницей и путешествует по миру, вдохновляет героиню собрать чемодан и уехать в Грецию, оставив дома негодующее семейство. Встретив на море страстного мужчину с гитарой и усами, она решает, что сыта рутиной и дождливой Англией по горло, — пора начать новую жизнь.
Драгоценный реликт далеких времен, когда главное феминистское высказывание десятилетия одновременно могло быть самым смешным фильмом года.
Коллинз превращает свой перформанс в полтора часа стендапа, выстреливая шутками без перерыва. В Греции нас ждет позолоченная солнцем маринистика, белые домики, старинные таверны, деликатно, без помпы снятая природная красота и переосмысление себя. Финал не голливудский, но жизнеутверждающий, а лето здесь — праздник, который всегда с тобой, если решиться вырваться из привычных самоограничений.
«Раньше я думала, что когда-нибудь потом стану жить по-настоящему. А потом поняла: „потом“ может и не наступить».
«Мое прекрасное лето с Софи», 2019
Une fille facile
Шестнадцатилетняя Найма (Мина Фарид) живет в Каннах, но не жизнью с красной дорожки — мама работает в отеле, квартирка скромная, а скользящие по морю роскошные яхты могли бы с тем же успехом скользить и за десять тысяч миль. Когда из Парижа приезжает ее блистательная двоюродная сестра Софи (Захия Дехар), взвешивающая мужчин взглядом и быстро дающая им оценку, мир яхт и ананасов в шампанском становится ближе. Софи живет за счет богатых покровителей (один из них — Бенуа Мажимель) и вводит кузину в круг высшего общества французской Ривьеры.
Страшно представить, каким морализмом обвесили бы этот сюжет социальные комментаторы, но режиссерка Ребекка Златовски не лезет в душу с нравоучениями, фильм просто дарит ощущение, что лето — это единственное время года, имеющее значение. Солнце, море и полуденная нега отменяют любые моральные ориентиры.
Если Найма переживает всю меланхолию взросления, то Софи — наследница Жоржа Дюруа и других social climbers европейской классики, на примере которых авторы хотели научить, что знакомство с людьми из более высоких социальных слоев ради выгоды до добра не доведет, а научили — что так и надо. Она живое воплощение принципа «легкого дыхания», гуру гедонизма с шиком, уверенная, прекрасная и абсолютно свободная от груза завтрашнего дня. По сути, воплощенная юность, которая, конечно, завтра кончится, но сегодня — подайте ананасы в шампанском.
«Почтальон», 1994
Il postino
Сын рыбака с аллергией на рыбу (Массимо Троизи) устраивается работать почтальоном на своем крошечном островке, где сплошь зелень и старые камни. Работа непыльная — клиент всего один: сосланный туда по политическим мотивам чилийский поэт Пабло Неруда (Филипп Нуаре), которого поклонники заваливают письмами. Простодушный молодой человек знакомится с поэзией и открывает для себя прекрасное. Вместе с ним — сногсшибательную Марию Грацию Кучинотта.
Одна из последних попыток европейской кинематографической классики вскочить в вагон современности, почтенная «Оскаром» премией за лучший саундтрек.
Черно-белые кадры, в которых французская легенда Нуаре в роли символа поэзии XX века появляется в кепочке, — это еще из славного прошлого, из «новой волны» и чистого искусства.
Дальше — попытка играть по новым правилам, когда в кадр достаточно поставить влюбленного, или красивую женщину в платье с низким вырезом, или итальянскую старушку, и символы с архетипами расскажут зрителю все, заставляя улыбаться, плакать, сопереживать.
Но какой же тут разливается свет. И какое бесконечное небо. И как безжалостна эта жизнь, в которой отчаянно влюбленный в профессию Троизи умер спустя 12 часов после окончания съемок от сердечного приступа, а пожилой великий Нуаре остался оплакивать молодого коллегу.
Получился непреднамеренно пронзительный фильм — согревающий и печальный, как последний день лета.
«Короли лета», 2013
The Kings of Summer
Джо (Ник Робинсон) — затюканный отцом-одиночкой (замечательный Ник Офферман) подросток сбегает из дома, прихватив друга Патрика (Гэбриел Бассо), у которого родители повесили на доме американский флаг, что, разумеется, делает их чистым злом. Ребята отправляются в лес, где собираются основать собственное государство, свободное от правил. К ним прибивается местный чудик Биаджо (Мойзес Ариас). Втроем они строят домик, откуда можно смотреть на закат, чувствуя себя королями мира. Потом появится девочка (Эрин Мориарти из «Пацанов») и все испортит.
Очаровательный coming-of-age, загубленный в прокате рейтингом 18+, который даже не оправдан.
Режиссер Джордан Вот-Робертс («Ты — воплощение порока») был надеждой хипстерского инди-кино, где в 2010-х миллениалы сопротивлялись взрослению, словно предчувствуя, что в 2020-х начнется такое веселье, что пока лучше играть в Minecraft.
Но вот фильм о взрослении с другого ракурса — ракурса Брэдбери. Лес шумит, дышит, меняет цвет от зеленого к золотому. Мальчишки прыгают в реку, сидят у костра, слушают тишину. Это кино о том, что даже самое прекрасное лето когда-нибудь кончится. Но останется в памяти навсегда, чтобы позже ты удивлялся собственному бесстрашию — взять рюкзак, пакет сока и уйти готовить вино из одуванчиков.
«Дамы приглашают кавалеров», 1980
Милая, робкая провинциальная серая мышка Аня (изысканная Марина Неёлова, которой делали старящий грим и учительские прически) в свои «немного за тридцать» отчаялась найти свое счастье. Видный военный прямо у нее в гостях с первого взгляда влюбляется в ее подругу, и, побывав свидетельницей на их свадьбе, Аня совершает решительный шаг — покупает соломенную шляпу и едет в Сочи искать жениха.
Женихи-то есть, но все не те. Самоуверенный и элегантный красавец (Николай Караченцов), который подсел к ней в ресторане, оказывается альфонсом и оставляет девушку после ужина со счетом, равным всем ее отпускным накоплениям. Без денег, без жениха и без надежды героиня пытается понять, что же ей делать дальше.
По количеству фильмов о женском одиночестве советский кинематограф бьет мировые рекорды.
В 1970-х снимали резкие, социально заряженные фем-драмы о женщинах, таскающих на своем горбу пьющих, изменяющих, рефлексирующих застойных мужчин. В 1980-х пришло время драмеди — лиричных, добрых, печальных и смешных. Фильм с комической стороны попадает под описание Довлатова:
«Але! Ты слышишь?! Ехать не советую! Тут абсолютно нет мужиков! Многие девушки уезжают, так и не отдохнув!»
При этом авторы снимают впечатляющую туристическую рекламу: вот горы, вот море, вот кафе на открытой террасе, и, может, принцев в стране не осталось, зато какой вид на провал. Потом появится теплоход «Нахимов», который затонет через 6 лет, от чего становится еще грустнее. Финал повисает в осеннем воздухе, оставляя ощущение между оптимизмом и меланхолией.
«Вот и лето прошло, словно и не бывало…».
«Здравствуй, грусть», 2024
Bonjour Tristesse
Восемнадцатилетняя Сесиль (Лили Макинери) наслаждается летним отдыхом на вилле отца-плейбоя (Клас Банг), который привез туда веселую подружку-модель (Наиля Арзун). Солнце тает в сигаретном дыму, белоснежная яхта плывет по синему-синему морю, а соседский мальчик классно целуется. Приезд строгой Анны (Хлоя Севиньи) с ее безупречным «французским твистом», подруги покойной матери Сесиль и именитой парижской модельерши, угрожает разрушить гедонистическое разгильдяйство компании и забрать у девушки внимание отца. Сесиль задумывает интригу, не подозревая, как трагически все закончится.
Современная экранизация была обречена на сравнение с классическим голливудским фильмом не в свою пользу, хотя сыгравшая главную героиню в версии 1958 года Джин Сиберг описывала свой опыт съемки у известного мизогинией Отто Премингера: «Он использовал меня как носовой платок и выбросил».
Критики разругали Макинери, у которой на лбу написано зумерское беспокойство о судьбах мира вместо пятидесятнического оптимизма. Севиньи и вовсе играет свою лучшую драматическую роль — она так хрупка и уязвима, что заставляет поверить в проблемы красивых, богатых, хорошо одетых людей, отдыхающих на средиземноморье.
Старый фильм был почти нуаром на ярком свету. Новый — эстетская элегия, в которой предметы, интерьеры, наряды живут своей жизнью. Конфликт растворен в полуденном мареве и сигаретном дыму, соленый ветер уносит прочь и драму взросления и трагедию взрослости.
Остается та самая грусть, которую приветствовала Саган, влажный след от бокала вина на столе и если не свет, то покой.
Расскажите друзьям
